ПОМОГИТЕ ПОЖАЛУЙСТА, напишите сжатое изложение по этому тексту(мин.70 слов-макс.150слов).........В прошлом году со мной приключилась беда. Шёл я по улице, поскользнулся и упал . Упал неудачно, хуже некуда: лицом о поребрик*, сломал себе нос, всё лицо разбил, рука выскочила в плече. Было это примерно в семь часов вечера. В центре города, на Кировском проспекте, недалеко от дома, где живу. С большим трудом поднялся — лицо залито кровью, рука повисла плетью. Чувствовал, что держусь шоковым состоянием, боль накатывает всё сильнее и надо быстро что-то сделать. И говорить-то не могу — рот разбит. Решил повернуть назад, домой. Я шёл по улице, думаю, что не шатаясь, держа у лица окровавленный платок, пальто уже блестит от крови. Хорошо помню этот путь — метров примерно триста. Народу на улице было много. Навстречу прошла женщина с девочкой, какая-то парочка, пожилая женщина, мужчина, молодые ребята, все они вначале с любопытством взглядывали на меня, а потом отводили глаза, отворачивались. Хоть бы кто на этом пути подошёл ко мне, спросил, что со мной, не нужно ли помочь. Я запомнил лица многих людей — видимо, безотчётным вниманием, обострённым ожиданием помощи. Боль путала сознание, но я понимал, что, если лягу сейчас на тротуаре, преспокойно будут перешагивать через меня, обходить. Надо добираться до дома. Позже я раздумывал над этой историей. Могли ли люди принять меня за пьяного? Вроде бы нет, вряд ли я производил такое впечатление. Но даже если бы и принимали за пьяного. — они же видели, что я весь в крови, что-то случилось — упал, ударился, — почему же не помогли, не спросили хотя бы, в чём дело? Значит, пройти мимо, не тратить времени, сил, стало чувством привычным? Раздумывая, с горечью вспоминал этих людей, поначалу злился, обвинял, недоумевал, негодовал, а вот потом стал вспоминать самого себя. И нечто подобное отыскивал и в своём поведении — желание отойти, уклониться, не ввязываться. И, уличив себя, начал понимать, как привычно стало это чувство, как оно пригрелось, незаметно укоренилось. Раздумывая, я вспоминал и другое. Вспоминал фронтовое время, когда в голодной окопной нашей жизни исключено было, чтобы при виде раненого пройти мимо него. И после войны это чувство взаимопомощи долго оставалось среди нас. Но постепенно оно исчезло. Утратилось настолько, что человек считает возможным пройти мимо упавшего, пострадавшего, лежащего на земле. И в самом деле, что же это с нами происходит? Как мы дошли до этого, как из нормальной отзывчивости перешли в равнодушие, в бездушие, и это тоже стало нормальным?

. Упал неудачно, хуже некуда: лицом о поребрик*, сломал себе нос, всё лицо разбил, рука выскочила в плече. Было это примерно в семь часов вечера. В центре города, на Кировском проспекте, недалеко от дома, где живу. С большим трудом поднялся — лицо залито кровью, рука повисла плетью. Чувствовал, что держусь шоковым состоянием, боль накатывает всё сильнее и надо быстро что-то сделать. И говорить-то не могу — рот разбит. Решил повернуть назад, домой. Я шёл по улице, думаю, что не шатаясь, держа у лица окровавленный платок, пальто уже блестит от крови. Хорошо помню этот путь — метров примерно триста. Народу на улице было много. Навстречу прошла женщина с девочкой, какая-то парочка, пожилая женщина, мужчина, молодые ребята, все они вначале с любопытством взглядывали на меня, а потом отводили глаза, отворачивались. Хоть бы кто на этом пути подошёл ко мне, спросил, что со мной, не нужно ли помочь. Я запомнил лица многих людей — видимо, безотчётным вниманием, обострённым ожиданием помощи. Боль путала сознание, но я понимал, что, если лягу сейчас на тротуаре, преспокойно будут перешагивать через меня, обходить. Надо добираться до дома. Позже я раздумывал над этой историей. Могли ли люди принять меня за пьяного? Вроде бы нет, вряд ли я производил такое впечатление. Но даже если бы и принимали за пьяного. — они же видели, что я весь в крови, что-то случилось — упал, ударился, — почему же не помогли, не спросили хотя бы, в чём дело? Значит, пройти мимо, не тратить времени, сил, стало чувством привычным? Раздумывая, с горечью вспоминал этих людей, поначалу злился, обвинял, недоумевал, негодовал, а вот потом стал вспоминать самого себя. И нечто подобное отыскивал и в своём поведении — желание отойти, уклониться, не ввязываться. И, уличив себя, начал понимать, как привычно стало это чувство, как оно пригрелось, незаметно укоренилось. Раздумывая, я вспоминал и другое. Вспоминал фронтовое время, когда в голодной окопной нашей жизни исключено было, чтобы при виде раненого пройти мимо него. И после войны это чувство взаимопомощи долго оставалось среди нас. Но постепенно оно исчезло. Утратилось настолько, что человек считает возможным пройти мимо упавшего, пострадавшего, лежащего на земле. И в самом деле, что же это с нами происходит? Как мы дошли до этого, как из нормальной отзывчивости перешли в равнодушие, в бездушие, и это тоже стало нормальным?

  • 03-02-2007 11:58
  • Просмотры: 13
Ответы ( 1 )
Ева Казакова
+1
03-02-2007 21:23

Во фронтовое время нельзя было чтобы человек пострадал,потому,что кто будет воевать на фронту если человек раненный да и отзывчивость в то время была,не то-что сейчас.Прошёл мимо человек через ранненого,исколеченного человека,а в те времена хоть маленькая рана у человека и все подходят,спрашивают что случилось с человеком.А сейчас практически все люди бездушные но некоторая часть людей всё таки осталась с душой и пониманием.В те старые,добрые времена все понимали,сочуствовали друг-другу,спрашивали,волновались,а сейчас прошёл человек мимо маленького 10-летного,избитого мальчика,2 прошёл,третий,четвёрты,пятый,шестой и так далее,никто не хочет ввязываться.

Похожие вопросы