"Власти живут сегодняшним, максимум - завтрашним днем, и не думают о последствиях того, что они делают". Почему IT-бизнес уезжает из Беларуси и к чему это приведет

Почему IT-компании хотят уехать из Беларуси и что ждёт бизнес и белорусскую экономику дальше?
"Власти живут сегодняшним, максимум — завтрашним днём, и не думают о последствиях того, что они делают". Почему IT-бизнес уезжает из Беларуси и к чему это приведет
4 октября президент Украины Владимир Зеленский подписал указ о привлечении белорусских IT-специалистов в Украину. Новые меры значительно упростят бюрократический процесс для белорусских айтишников, которые захотят сюда переехать.
Украина, а также Польша, страны Балтии и Казахстан присоединились к борьбе за белорусских специалистов, поскольку все больше IT-компаний хотят уехать из Беларуси в другую юрисдикцию.
Такая борьба неудивительна: IT-сектор до сих пор остается одним из самых перспективных в Беларуси, за последние годы Беларусь заработала репутацию одной из самых динамично развивающихся IT-отраслей в Восточной Европе с долей более 6% от ВВП. В 2018 году на IT-сектор приходилось более 2% всех рабочих мест в стране и почти 15% новых рабочих мест.
Министр экономики Беларуси Дмитрий Крутой прогнозировал, что в ближайшие несколько лет доля ИТ в ВВП страны может вырасти до 10%. Однако эти надежды и прогнозы не оправдались после событий августа этого года, которые свели на нет все достижения в области технологий за последнее десятилетие.
Почему IT-компании хотят уехать из Беларуси и что ждёт бизнес и белорусскую экономику дальше? Мы поговорили с директором гродненской IT-компании «Иквадарт» Глебом Койпишем.
- Насколько Беларусь действительно является IT-страной и как изменилась ситуация после выборов?
— Я бы не сказал, что Беларусь такая уже IT-страна. Это преувеличение. Та же Эстония, которая меньше нас, гораздо более айтишная страна, чем мы.
Пять лет назад мы были почти исключительно сервисной IT-страной, то есть мы что-то делали для кого-то. И только в последние два года начал развиваться продуктовый бизнес.
Со временем айтишка в Беларуси меняется. Появились инвесторы, готовые вкладывать деньги в белорусские продукты. Конечно, это пока не на таком уровне, как, например, в США или Эстонии, но, тем не менее, ситуация развивается.
Продуктовый бизнес требует инвестиций. Даже если вы создадите топовый продукт, без инвестиций вы не сможете его развивать и продвигать. IТ-продукты обычно нацелены на глобальные рынки, и чтобы получить инвестиции и выйти за , за пределы Беларуси, необходимо доверие. В последние годы это доверие сформировывалось: в Беларусь приезжали компании из других стран на выступления и презентации стартапов, налаживались связи и знакомства. Постепенно сформировалась структура, экосистема продуктового рынка.
Все это продолжалось до событий августа этого года. Конечно, если люди не понимают, что будет завтра, они не могут прийти и принести сюда свои деньги.
Сервисный IТ-бизнес, в отличие от продуктового, может более-менее существовать в таких условиях. Но даже здесь — если из-за отсутствия интернета вы один раз не выполните свои обязательства, второй раз, третьего не будет — с вами расторгнут договор и пойдут в другую компанию.
Поскольку основная деятельность моей компании сейчас — это сервисный бизнес, политический кризис пока не затронул нас. Некоторое доверие мы уже завоевали, и сейчас мы получаем новых клиентов, активно не продавая, через «сарафанное радио», которое работает достаточно хорошо. Мы строим партнёрские отношения с нашими клиентами, всегда сохраняем доверие. Когда в августе мы ушли в отпуск на 2 недели, мы писали клиентам письма, в которых объясняли ситуацию, и все это спокойно приняли, несмотря на то, что сроки проектов сдвинулись.
То, что сейчас происходит в стране, вряд ли какое-то логическое развитие событий. Мне кажется, что то, что сейчас делает государство, — это ежедневные хаотичные тушения пожаров.
- После выборов ваша команда ушла в отпуск на 2 недели — на забастовку. Какой была атмосфера в компании в то время и как было принято решение?
— В айтишке команда — это целая компания. Если вы не заботитесь о своей команде, у вас ничего не будет.
Все прекрасно понимали, что происходит в стране. Я собрал команду, все сказали, что думают о развитии событий в Беларуси. Я сказал, что то, что сейчас происходит, гораздо важнее той работы, которую мы делаем. Так что, если вы хотите как-то отреагировать на это или чувствуете себя в опасности, вы можете выбрать: можете работать удалённо — мы продолжали работать удалённо после начала эпидемии коронавируса. Вы также можете уехать и работать из другого города или даже страны. Если хотите — можете взять отпуск на неопределенный срок и куда-нибудь поехать. На данный момент, пока мы все в Гродно, работаем удалённо.
- IТ-индустрия стала одной из визитных карточек Беларуси и важной частью белорусской экономики. Как сочетаются авторитаризм и высокие технологии?
— Попробуйте зарегистрировать ИП и вы поймете, какая мы на самом деле IT-страна. Многие бюрократические процессы, которые возникают при регистрации бизнеса, взаимодействие с властями и многое другое можно легко упростить с помощью информационных технологий. Но это не делается. У нас есть компании, которые создают продукты, но для экспорта за границу, и собственный потенциал никак не используется для создания IТ-инфраструктуры внутри страны. Государство должно инвестировать в это. Никто не будет работать бесплатно. Если компания может продавать свои услуги, что-то создавать и зарабатывать на этом деньги, почему она должна делать это бесплатно для государства? Государство должно быть тем же заказчиком, который платит деньги.
У нас же социальное государство, которое создает множество ненужных рабочих мест: у всех небольшая зарплата, но якобы все заняты. Достаточно пойти в Гродненский отдел статистики и посмотреть: это семиэтажное здание, в котором сидят специалисты по обработке данных. Мне кажется, это полностью работа машин.
- Почему Александр Лукашенко активно продвигал создание Парка высоких технологий в Беларуси? Благодаря этому в стране сформировался средний класс людей, финансово независимых от государства, которыми нельзя особо покомандовать как силовиками или чиновниками.
— Просто появились бизнесмены, которые умеют разговаривать с людьми у власти и чётко объяснили, какие финансовые выгоды может принести IТ-индустрия. Я не думаю, что кто-то думал, помимо экономической составляющей, что может возникнуть слой независимого, свободомыслящего общества. Здесь были размышления исключительно о цифрах.
ПВТ — это, прежде всего, особый налоговый режим для развития IТ-бизнеса. Это позволило остановить отток компаний и специалистов за границу, чтобы они не регистрировались в соседних странах, которые на тот момент предлагали достаточно хорошие условия. Во-вторых, в декрете были рассмотрены проблемы, с которыми сталкиваются белорусские компании, когда они начали сотрудничать с зарубежными партнёрами. То есть это документооборот, который должен был стать электронным. В Беларуси раньше была такая юридическая Terra Incognita. Приехать сюда инвестору, который готов вложить деньги в белорусский продукт, было очень проблематично. Когда декрет разрешил «английское право», эти проблемы были решены, условия были упрощены.
Справка. В 2005 году в Беларуси был создан Парк высоких технологий, который называют «Силиконовой долиной Восточной Европы». Он объединяет более 800 ИТ-компаний и включает льготный налоговый и правовой режим для ИТ-компаний, работающих в Беларуси. В 2017 году был принят «Декрет о развитии цифровой экономики», продолжающий льготный режим для компаний — резидентов Парка высоких технологий до 2049 года.
- Белорусы сейчас демонстрируют чудеса самоорганизации и взаимопомощи, и одним из локомотивов этого процесса стали айтишники. После выборов они начали активно поддерживать протестующих технологически и финансово. Это онлайн-инструменты, которые помогают сообщать о задержаниях, помощь бастующим и тем, кто потерял работу, помощь сотрудникам правоохранительных органов, которые уволились, чтобы не исполнять приступные приказы. Почему айтишники, которые работали в Беларуси в достаточно комфортных условиях, «вписываются» в политику?
— Жизнь не заканчивается в пределах дома или офиса. В айтишке обычно работают думающие люди. Когда у вас есть определенный доход и вы можете удовлетворить свои основные потребности, вы уже начинаете думать более широко — как помочь другим. Счастье не ограничивается тем, что вы можете позволить себе сходить в ресторан или купить машину, есть другие люди, определенные проблемы, которые вы можете помочь решить. Вот почему айтишники являются движущей силой возникающих сейчас инициатив по оказанию помощи.
Людям, работающим, например, на заводах, в бюджетной сфере, сложнее в этом плане. Многие зависят от того, получают ли они стабильную зарплату. Поэтому им сложно проявлять инициативу из-за боязни потерять работу.
После начала акций протеста я наткнулся на такую ​​фразу: люди, получающие зарплату в 2 тысячи долларов, выходят и борются за тех, кто получает 500 рублей. Мне кажется, что айтишники сейчас чувствуют себя так же, как и другие люди в стране — в небезопасности. У нас нет неприкасаемых. Сейчас большую роль в обществе играет также чувство несправедливости, то, что люди в Беларуси бесправны и не могут ничего контролировать. Если раньше все чувствовали, что что-то не так, но, может быть, это было не так очевидно, то теперь все это видели.
Справка. 12 августа более 2500 учредителей, инвесторов и сотрудников белорусских ИТ-компаний написали открытое письмо, в котором призвали власти прекратить насилие против мирных демонстрантов и освободить политзаключенных. В противном случае они пригрозили покинуть страну. Этот процесс уже идет: по словам министра цифровой трансформации Украины Михаила Федорова, с начала протестов в августе в Украину перебрались около 2000 белорусских IT-специалистов.
- IT-сообщество Гродно создало несколько проектов для помощи пострадавшим во время протестов, в том числе GrodnoHelp.
— IT-сообщество Гродно появилось с сообщения в Facebook. Собралась команда людей, которые за три дня сделали проект GrodnoHelp. Это сайт, где вы можете найти профессионалов, оказывающих благотворительную помощь тем, кто попал в беду: пострадал от насилия со стороны силовиков во время акций протеста в Гродно, потерял работу и т. д. Там вы можете найти информацию о том, как организовать забастовку, или предложить свою помощь.
Перед нами не стояла задача сделать что-то красивое, главным было собрать всю необходимую информацию, чтобы помочь людям, которые объявили забастовку или собирались бастовать, потеряли работу или получили физические травмы во время акций протеста.
- Активная позиция айтишников вызвала резкую реакцию властей: офисы многих ИТ-компаний подверглись обыскам и другим формам давления и преследования. Не начала ли власть пилить сук, на котором сидит? Насколько дальновиден шаг «закручивания гаек» в этой сфере?
— В прошлом году Парк высоких технологий заработал около двух миллиардов долларов. В масштабе ВВП всей страны это возможно немного. Но нужно понимать, что ИТ — это очень маржинальный бизнес, в нём работают сотрудники, которые получают очень хорошие зарплаты. Следовательно, айтишка — очень сильный драйвер экономики.
Айтишиник же не только заработал две тысячи долларов, но и купил что-то за эти деньги, воспользовался некоторыми услугами. Все это драйвит экономику Беларуси. Сейчас в связи с событиями последних месяцев наблюдается отток айтишников из Беларуси. Но политический кризис и действия властей влияют не только на IT-сферу, но и на бизнес в целом. Появились проблемы в банковской системе: физические лица не могут получить кредиты на покупку жилья или авто. Первыми это почувствуют те, кто строит, продает, арендует недвижимость, автодиллеры. Затем кризис почувствуют рестораны и компании, которые предоставляют услуги.
Когда я смотрел, что происходило в нашей стране летом, мне казалось, что у властей есть план. Были какие-то абсурдные действия, и предполагалось, что через две недели мы обязательно узнаем, что это было частью плана. Но потом понимаешь — нет, они просто живут сегодняшним, максимум — завтрашним днём, и не думают, какими будут последствия того, что они сделают. Поэтому — да, они пилят сук, на котором сидят. Власти не думают, что будет со страной через несколько месяцев, тем более через год. А экономически будет очень сложно, события последних двух месяцев мы будем чувствовать ещё долго. Но так будет, чем бы ни закончились протесты.
Если победит добро, вместе со сложностями будет и благоприятный бизнес-климат: потенциальные компании-инвесторы поймут, что, хотя экономическая ситуация в Беларуси не очень хорошая, здесь безопасно и понятные правила игры, поэтому они могут приносить сюда свои деньги.
Справка. После выборов был закрыт минский офис Viber, после обыска в офисе Яндекс начал вывозить сотрудников из Минска, обыски прошли и в минском отделении Uber. В офис PandaDoc пришло Управление финансовых расследований — в результате четыре сотрудника, включая директора, были арестованы и против них возбуждено уголовное дело. Каждому из них грозит до 10 лет лишения свободы.
- Многие белорусские ИТ-компании сейчас думают о релокации. Украина и другие страны готовы их принять. Реальна ли перспектива массового ухода ИТ из Беларуси?
— На самом деле, вопросом релокации задаются не только IT-компании, но и бизнес в целом. Просто для IT-компании это проще сделать — это всего лишь вопрос нескольких месяцев. Начать процесс можно довольно быстро: сначала перевезти команду в другую страну, потом — весь бизнес. Если же у вас, например, производственное предприятие, вам необходимо перевезти все оборудование. Во-первых, это вряд ли возможно, а во-вторых, ваше производство ориентировано в первую очередь на рынок Беларуси и, скорее всего, рынок России. Если вы переедете в ЕС, то вряд ли сможете продавать на этих рынках.
Необходимо рассматривать каждую компанию отдельно. Если для компании жизненно важно быть в международной доступности, на постоянной связи, то отключения Интернета, которые у нас практикуются в последнее время, становятся просто катастрофическими. Если таким образом компания рискует потерять своих основных клиентов, то, конечно, такая компания, скорее всего, решится на релокацию быстрее.
Я понимаю компании, бизнес которых привязан к зарубежным рынкам. Особенно, если это продуктовый бизнес — большинство из них вынуждены уехать. Можно конечно физически остаться в Беларуси для выражения своей гражданской позиции, но перевезти бизнес и передать управление продуктом кому-то другому.
В продуктовый бизнес вовлечено много игроков. Сначала вы делаете продукт своей небольшой командой — обычно это сестра и близкий друг. Когда что-то получается, и дело доходит до разработки продукта, люди начинают получать инвестиции. Сначала к ним приходят мелкие инвесторы, бизнес-ангелы, которые выделяют небольшую сумму на развитие — 10–50 тысяч долларов. То есть на этом этапе вы становитесь ответственными перед людьми. Вы разрабатываете продукт, начинаются первые продажи, в вас начинают верить другие — и вы переходите на следующий уровень инвестиций. Речь идёт о более значительных суммах, начиная от 100 тысяч долларов. Так что с каждым новым шагом и уровнем вы получаете больше инвестиций. И если вдруг возникнет угроза уничтожения вашего бизнеса, и вы ничего не сделаете для его спасения, это будет безответственно по отношению к тем людям, которые поверили в вас и которые в вас инвестировали. Если вы потеряете бизнес, они потеряют свои вложения.
Некоторые ИТ-компании ушли, некоторые знают, как это сделать, и находятся «на старте» до первого инцидента с компанией или её сотрудниками. На мой взгляд, у большинства компаний и специалистов ещё нет окончательного решения, все ждут. Все меняется слишком быстро. Мы также должны понимать, что релокация — это не так-то просто. Переезд в другую страну означает изменение привычного образа жизни, регистрацию компании в другой юрисдикции — а это другой налоговый режим и так далее. В Польше, Литве, Латвии и Эстонии налоги выше, чем в нашей стране.
Сам я никуда не пойду. Это наша страна, наш город. Бизнес можно восстановить, главное — сохранить команду.
- Каким ты видишь дальнейшее развитие событий?
— В августе некоторые думали, что мы выйдем на площадь и через несколько дней победим. Для меня было очевидно, что это произойдет не так скоро. Это не будет похоже на борьбу в финале Лиги чемпионов: прошло 90 минут основного времени, дополнительные минуты, может быть, пенальти, и все — кто-то выиграл. Нет. Скорее всего, это противостояние и «качели» будут долгими.
Для бизнеса наступают очень тяжелые месяцы работы. Этот период может длиться больше года. Поскольку сейчас наш бизнес привязан к экономике Беларуси, в этом году более половины наших клиентов — белорусские, мы скоро также почувствуем на себе эти события. Но мы уже думаем, что делать в такой ситуации. Мы в компании рассматриваем разные сценарии: что делать, если к нам придут или если у меня не будет доступа к руководству компанией, если госзаказчикам будет запрещено работать с нами или если большинство клиентов по объективным причинам не смогут платить деньги, в том числе по текущим контрактам. У каждого сценария есть план действий. Но никто не знает, какой сценарий сработает в итоге.
С гражданской точки зрения, нам нужно бороться при любом раскладе, пока не победим.

Об этом сообщает FLB


Источник: “https://belaruspartisan.by/economic/514672/”

Автор:

Tags

Похожие матриалы по тегу

Предыдущий материал

Олег Аазаров устроил дешевое шоу на телеканале 112.ua

Следующий материал

В українських лікарнях наразі немає жодного дефіциту апаратів ШВЛитр. – МОЗ

Коментарии (0)