Квартира за сережки

Квартира за сережки

Развал Союза и начавшаяся в Таджикистане гражданская война (1992-1997) вынудили многих русскоязычных жителей покинуть республику. Страх за свою безопасность и будущее детей заставлял людей уезжать в никуда, оставляя благоустроенное жилье. Впрочем, в те неспокойные годы из республики бежали и коренные жители. Продать квартиру во время войны было практически невозможно. Беженцы и эмигранты оставляли своё жилье до лучших времен. Возвращаясь на родину через несколько лет, зачастую они заставали в нём новых самовольно заселившихся жильцов.

Об этом сообщает Компромат ГРУ

Таких случаев были сотни, и настоящим хозяевам приходилось судиться, чтобы вернуть обратно свою недвижимость. Но были и те, кто просто бросал своё жилье или продавал его за бесценок. В числе таких переселенцев оказались и семьи двух подруг — Татьяны Бергер и Натальи Шуненковой. Они рассказали «Фергане», как уезжали из Таджикистана и как приехали на родину спустя 26 лет.

Уезжали поневоле

В 1970-е годы родители Татьяны и Натальи были направлены на отработку диплома по запросу предприятий Табошара (ныне Истиклол) — закрытого городка на севере Таджикистана. Завод «Заря Востока», который работал на оборонную промышленность и производил детали для ракет, тогда остро нуждался в кадрах и предоставлял специалистам все необходимые условия для проживания — комфортабельное жилье, места в детских садах и школах, путёвки в дома отдыха. Но о деятельности предприятия мало кто знал. «Мы производим сувениры», — так руководство завода «Заря Востока» советовало своим работникам отвечать на вопросы любопытствующих местных жителей.

  • Молодые семьи приезжают в Табошар застраивать город

  • Первоклассниц Таню Бергер и Наташу Шуненкову принимают в октябрята

Фотографии из личного архива героинь статьи

— Тогда, в послевоенные годы, немцев, сосланных из Украины и Польши, отправляли в Табошар добывать уран. Дедушка был одним из них, — рассказывает Татьяна Бергер. — Моя мама приехала из Кемерово после окончания университета в качестве молодого специалиста и познакомилась с будущим мужем, моим отцом, работая на заводе. Отец — коренной житель Табошара. Родители сыграли свадьбу. Им дали комнату в общежитии, а когда родилась я, первый ребёнок, — двухкомнатную квартиру. После появления на свет братика в 1982 году мы получили трёхкомнатную просторную квартиру, в которой и проживали до своего отъезда.

По словам Татьяны, до начала 1990-х они и сотни таких же семей в Табошаре жили, работали, женились и строили планы на годы вперед, связывая свою дальнейшую жизнь с любимым городом, ставшим для многих второй родиной.

— Уезжать мы вовсе не планировали — в Таджикистане нам было хорошо. Жизнь, казалось, удалась: постоянная высокооплачиваемая работа, благоустроенное жилье, достойные условия жизни. Я должна была закончить школу и думала, куда поступать. Но война внесла свои коррективы. Все стали уезжать — в Россию, Германию, Израиль. Родители переживали, что становится небезопасно, и инстинкт самосохранения заставил принять решение о скором переезде. Отчетливо помню ту всеобщую панику: люди в суматохе, нужно было быстро решать, куда ехать. Начали вспоминать про своих родственников, пусть дальних, чтобы уехать на любых условиях, но подальше от неразберихи того времени, — вспоминает Бергер.

Семья Бергер. Фото из личного архива

Как и тысячи других, семья Татьяны уезжала в никуда. Буквально за один день Бергеры загрузили мебель в грузовой контейнер. Многое пришлось оставить, поскольку вместо десятитонного контейнера пришел пятитонный. Татьяна вспоминает, как она заснула в обставленной квартире, а проснулась уже в полупустой. Уезжали с грустью: в Таджикистане они оставляли частичку себя, привязанность и любовь к родным местам. Жизнь разделилась на «до» и «после».

В ноябре 1992 года Татьяна с отцом выехали в Кемерово, куда через две недели должен был прибыть контейнер с вещами и мебелью. Семья держала путь к бабушке — единственной родственнице, оставшейся у мамы Татьяны в России. У бабушки была небольшая двухкомнатная квартира, сразу всем семейством ехать не решились. Да и маме нужно было сначала решить вопрос об увольнении с производственного предприятия. Поэтому она с братишкой Татьяны некоторое время оставалась в Табошаре. В феврале 1993-го вся семья наконец-то воссоединилась и стала устраиваться на новом месте.

Бросить или отдать за бесценок

Через год родители Татьяны поехали в отпуск в Табошар, чтобы продать свою приватизированную квартиру.

— По приезде родители тут же столкнулись с неожиданностью. Они обнаружили нашу входную дверь в квартире на другом этаже. Спросив жильцов, на каком основании они это сделали, родители услышали такое объяснение: «Вы ведь уехали, квартиру оставили, зачем вам хорошая дверь. А наша совсем старая, вот мы и поменяли». Родители не нашли что сказать, — рассказывает Татьяна.

Такими Татьяна и Наталья уехали из Табошара. Фото из личного архива героинь статьи

Мародерство и грабежи брошенных квартир были в те времена обычным явлением. Жилье многим выдавалось от предприятия и считалось служебным. Не у всех была возможность вновь вернуться, чтобы приватизировать и продать его. Да и продавать тогда было особо некому: из-за войны и экономического кризиса началась массовая безработица.

Вот и у семьи Бергер желающих купить квартиру не оказалось. Отпуск подходил к концу. Оставалось два варианта: либо бросить квартиру, либо отдать за бесценок. А поскольку вновь приезжать в Табошар не представлялось возможным, пришлось принять предложение единственного подвернувшегося на тот момент покупателя.

Квартиру обменяли на золотые сережки с небольшой доплатой деньгами.

Их хватило ровно на то, чтоб покрыть дорожные расходы на обратную дорогу.

— Эти сережки с желтым янтарем по сей день хранятся у нас. Мы их не носим и вряд ли когда-нибудь будем — они достаточно старомодны, — улыбается Татьяна. — Думаю, что эта реликвия будет передаваться нами из поколения в поколение параллельно с описанием её истории. Моя дочь очень любит слушать рассказы моей мамы о тех незабываемых временах, когда они жили в Табошаре. Ни одно застолье не проходит у нас без таких воспоминаний. Это было замечательное, счастливое время, и Табошар навсегда остался в наших сердцах.

Те самые сережки с янтарем. Фото из личного архива героинь статьи

Бергер вспоминает, что в контейнер не поместилось её любимое фортепиано. Она очень переживала по этому поводу, ведь музицирование было любимым её занятием. Татьяна уже смирилась с мыслью о том, что дорогой сердцу инструмент достанется новым хозяевам квартиры. Однако судьба у этого фортепиано оказалась куда лучше, чем у квартиры.

— Пианино «Лирика» было на хорошем счету среди музыкантов и славилось приятным звуком. Его купили и увезли немцы, эмигрировавшие из Табошара в Германию. Я очень рада, что инструмент послужил по прямому его назначению. В худшем случае его ждала участь быть проданным на дрова или просто оказаться ненужным хламом, — говорит Татьяна.

У семьи Шуненковых тоже есть история, связанная с продажей квартиры. Спешный переезд из солнечного Таджикистана в Сибирь повлиял на итог сделки. У Натальи, на тот момент молодой девушки, не было тёплой верхней одежды.

Родители обменяли квартиру на шубу, в которой Наталья и поехала в Россию.
Татьяна и Наталья в доме культуры Табошара. Фото из личного архива героинь статьи

— Шуба была единственной «ценной» вещью, которую предложили покупатели нашей табошарской квартиры. Но она оказалась из шкурок непонятного животного. Потом нам кто-то сказал, что это собака. Помню, едем мы в поезде, а меня всё время кто-то кусает — в шубе блохи оказались. Мне потом купили новую, а от этой благополучно избавились. В этом плане Тане повезло больше: хоть какая-то память от старой квартиры осталась, — смеется Наталья.

Свидание с городом детства

Сейчас Татьяна и Наталья рассказывают эти истории с улыбкой, но тогда, в начале 1990-х, все было намного драматичнее. Семьи потеряли часть нажитого имущества, фактически остались без жилья. Но обиды нет, говорят женщины: тогда все были в тяжелом положении, и многие таджикские семьи также вынуждены были покинуть родину, бросив все своё имущество. Более того, все эти годы подруги хотели приехать в Таджикистан, прогуляться по местам, где пережили лучшие моменты своего детства.

Поездку в Табошар женщины обсуждали постоянно. С каждой зарплаты откладывали небольшую сумму в коробку с пометкой «Для Табошара». Подруги мысленно постоянно возвращались в то время, пытались представить, как теперь выглядит город, кто проживает в их бывших квартирах, остался ли кто-то из старожилов?

И вот спустя 26 лет Татьяна и Наталья, ныне проживающие в Кемеровской области, осуществили свою мечту и приехали в Табошар.

Бывшая квартира семьи Бергер на 4 этаже. Фото из личного архива

— Было очень волнительно, когда мы спустились с трапа самолёта и ступили на таджикскую землю. Вдохнули свежий воздух — тот самый невероятный, смешанный с ароматами всевозможных цветов и запахом раскалившегося на солнце асфальта. Счастью нашему не было предела. Хотелось целовать родную землю. Это непередаваемое чувство, будто ты всю жизнь только и жил ради этого момента. Тем, кому не пришлось пережить разлуку с родиной, сложно будет понять эти чувства, — вспоминает Татьяна.

По дороге в Табошар, по словам женщин, они старались уловить каждый момент и невольно сравнивали свои детские воспоминания с нынешними реалиями.

— Те же деревья по обочинам дороги, те же зелёные луга в желтых одуванчиках, те же журчащие родники. Но при въезде в город нам бросилась в глаза вывеска уже с новым названием: «Добро пожаловать в Истиклол». Изменилась и главная площадь при въезде. Теперь вместо памятника Ленину там возвышается красивая стела с наконечником в виде герба, — делится Наталья. – Город остался, как и прежде, зеленым. Обрадовало, что везде чудное благоуханье цветов. Знаменитые немецкие каменные дома сохранили уникальный облик города.

Татьяна у дома своей бабушки. Фото из личного архива

Наша мечта сбылась! Первым делом мы поехали в свой микрорайон. Наши с Таней дома были по соседству. Не сразу мы их узнали. Такое ощущение, будто дома стали ниже. Дворы пустые. А ведь наш двор всегда был полон детьми — качели, песочницы, горки. Сейчас ничего этого нет. Меня сразу охватило глубокое чувство ностальгии и грусти по тем счастливым временам. При всем при этом я ощутила непередаваемую радость, что смогла вновь увидеть свой дом, который нам пришлось оставить в поисках лучшей жизни. Квартиры наши, к счастью, оказались не заброшенными. Об этом свидетельствовали шторки на окнах, — продолжает Наталья.

Пробыли подруги в Табошаре три дня. Они остановились у одноклассника младшего брата Натальи, который сопровождал их всё время пребывания.

— Мы обошли практически весь город. Прошлись по знакомым улочкам, навестили дорогие сердцу места: дом моей бабушки, стадион, озеро, дом культуры, парк, базар, — говорит Татьяна. — Европейского населения практически не осталось. Но радует тот факт, что почти все жители свободно владеют русским языком, и языкового барьера мы совсем не почувствовали. Город продолжает жить своей жизнью, пусть и не такой активной, как раньше. Уже улетая из страны, сидя в самолёте, я размышляла о нашей наконец-таки свершившейся поездке. И вдруг поняла, что во мне осталось некое чувство «недосказанности». Будто я что-то не успела сделать, и нужно было побыть в Табошаре подольше. Но в тот приезд обстоятельства не позволили нам этого. Я думаю, что когда-нибудь мы повторим поездку на родину на более долгий срок, чтобы сполна насладиться этим временем и воспоминаниями.

Алия Хамидуллина
Дорогие читатели!
Бизнес, в том числе медийный, переживает сейчас тяжелые времена. Без вашей поддержки «Фергане» сегодня не обойтись. Поддержите «Фергану»! Мы верим, что вместе с вами мы сможем достойно продолжать нашу работу: заказывать и публиковать репортажи из региона, отбирать самые значимые и интересные новости и открыто говорить о том, что происходит в Центральной Азии на самом деле.
Поддержать «Фергану»


Источник: “https://fergana.agency/articles/120376/”

Автор:
Предыдущий материал

Китайская компания Skyrizon за отказ Украины допускать ее на "Мотор сич" может отсудить $3,5 млрд

Следующий материал

В Луганской области задокументировали факт незаконной вырубки леса

Коментарии (0)