Актер

    Рассказ этот -- истинное происшествие. Случилось в Астрахани. Рассказал
    мне
     об этом актер-любитель.
     Вот что он рассказал:
     "Вот вы меня, граждане, спрашиваете был ли я актером? Ну, был. В театре играл. Прикасался к этому искусству. А только ерунда. Ничего этом нет выдающего.
     Конечно, если подумать глубже, то в этом искусстве много хорошего.
     Скажем, выйдешь на сцену, а публика смотрит. А средь публики -- знакомые,
     родственники со стороны жены, граждане с дому. Глядишь - подмигивают с
     партеру -- дескать, не робей, Вася, дуй до горы. А ты, значит, им знаки делаешь
     -- дескать, оставьте беспокоиться, граждане. Знаем. Сами с усами.
     Но если подумать глубже, то ничего в этой профессии нету хорошего. Крови больше испортишь.
     Вот раз ставили мы пьесу "Кто виноват?". Из прежней жизни. Очень это сильная
     пьеса. Там, значит, в одном акте грабители купца грабят на глазах у публики. Очень
     натурально выходит. Купец, значит, кричит, ногами отбивается. А его грабят. Жуткая пьеса.
     Так вот, поставили эту пьесу.
     А перед самым спектаклем один любитель, который купца играл, - выпил. И в
     жаре до того бродягу, растрясло, что, видим, не может роль купца вести. И, как выйдет
     к рампе, так нарочно электрические лампочки ногой давит.
     Режиссер Иван Палыч мне и говорит:
     -- Не придется, говорит, во втором акте его выпущать. Передавит, сукин сын,
     все лампочки. Может, говорит, ты заместо его сыграешь. Публика - дура, не поймет.
     Я говорю:
     -- Я, граждане, не могу, говорю, к рампе выйти. Не просите. Я, говорю, сейчас два
     арбуза съел. Неважно соображаю.
     А он говорит:
     -- Выручай, браток. Хоть на одно действие. Может, тот артист после очухается. Не срывай, говорит, просветительной работы.
     Все-таки упросили. Вышел я к рампе.
     И вышел по ходу пьесы, как есть, в своем пиджаке, в брюках. Только что
     бороденку чужую приклеил. И вышел. А публика, хотя и дура, а враз узнала меня.
     -- А.-- говорят,-- Вася вышедши! Не робей, дескать, дуй до горы...
     Я говорю:
     -- Робеть, граждане, не приходится -- раз, говорю, критический момент. Артист, говорю, сильно под мухой и не может к рампе выйтить. Блюет.
     Начали действие.
     Играю я в действии купца. Кричу, значит, ногами от грабителей отбиваюсь. И чувствую, будто кто-то из любителей действительно мне в карман лезет.
     Запахнул я пиджачок. В сторону от артистов.
     Отбиваюсь от них. Прямо по роже бью. Ей-богу!
     -- Не подходите,-- говорю,-- сволочи, честью прошу.
     А те по ходу пьесы это наседают и наседают. Вынули у меня бумажник
     (восемнадцать червонцев) и к часам прутся.
     Я кричу не своим голосом:
     -- Караул, дескать, граждане, всерьез грабят.
     А от этого полный эффект получается. Публика-дура в восхищении в ладоши бьет.
     Кричит:
     -- Давай, Вася, давай. Отбивайся, милый. Крой их, дьяволов, по башкам.
     Я кричу:
     -- Не помогает, братцы!
     И сам стегаю прямо по головам. Вижу -- один любитель кровью исходит,
     а другие, подлецы, в раж вошли и наседают.
     -- Братцы,-- кричу,-- да что ж это? За какое самое это страдать-то приходится?
     Режиссер тут с кулис высовывается.
     -- Молодец,-- говорит,-- Вася. Чудно, говорит, рольку ведешь. Давай дальше.
     Вижу -- крики не помогают. Потому, чего ни крикнешь -- все прямо по ходу пьесы ложится.
     Встал я на колени.
     -- Братцы,-- говорю.-- Режиссер, говорю, Иван Палыч. Не могу больше! Спущайте занавеску. Последнее, говорю, сбереженье всерьез прут!
     Тут многие театральные спецы -- видят, не по пьесе слова -- из кулис выходят.
     Суфлер, спасибо, из будки наружу вылезает.
     -- Кажись,-- говорит,-- граждане, действительно у купца бумажник свистнули.
     Дали занавес. Воды мне в ковшике принесли. Напоили.
     -- Братцы,-- говорю,-- Режиссер, говорю, Иван Палыч. Да что ж это, говорю.
     По ходу, говорю, пьесы ктой-то бумажник у меня вынул.
     Ну, устроили обыск у любителей. А только денег не нашли. А пустой бумажник
     кто-то в кусты кинул.
     Деньги так и сгинули. Как сгорели.
     Вы говорите -- искусство? Знаем! Играли!

  • Просмотры: 1330