Афоризмы в романе И. Тургенева «Отцы и дети»

    Половина стихов “Горя от ума” вошла в пословицы, как и предсказывал А. С. Пушкин. О баснях Крылова нечего и говорить. Но в русской литературе существует еще один источник афоризмов — роман И. С. Тургенева “Отцы и дети”. Может быть, это не такой богатый источник, как стихи Грибоедова и басни Крылова, может быть, афористичность высказываний Базарова и других героев романа не так широко вошла в наш речевой обиход, но и жанр философского романа Тургенева — это не жанр комедии или басни. И все же...
    “Природа не храм, а мастерская”. Весь строй романа отрицает эту базаровскую философию. Сам Базаров к концу произведения приходит к осознанию своей ошибки. Но фраза осталась, а вторая половина ее (“человек в ней работник”) не раз выдавалась за синоним горьковского: “Человек — это звучит гордо”.
    Хорошо, конечно, что другое высказывание Базарова, всем известные' слова о порядочном химике (“порядочный химик в двадцать раз полезнее всякого поэта”), не стало руководством к действию для современных деятелей прогресса. Впрочем... Забытая ныне дискуссия о физиках и лириках в пору научно-технической революции лет двадцать-тридцать назад проходила под этим знаком.
    Удивительно точно и емко сформулировал Тургенев устами своего героя credo физиологов. “Мы с тобой те же лягушки”, — объясняет Базаров дворовым мальчишкам физиологию человека. Зловещий смысл этой фразы раскрылся в начале XX века, когда “Роковые яйца” и “Собачье сердце” Булгакова показали весь ужас такого подхода к природе и человеку.
    Афоризмы Базарова о воспитании человека, о психологии и сложной душевной жизни, которую он в начале своего поприща склонен был отрицать, тоже несут в себе пугающе-пророческий смысл, неясный, конечно, для героя, но предчувствуемый автором. “Люди что деревья в лесу”... Отсюда один шаг до знаменитого: “Лес рубят — щепки летят”.
    Так вот, если первобытный человек видел в дереве дриаду, в ручье — наяду, то есть душу, то от физиолога Базарова, не желающего видеть душу в самом человеке, один шаг до какого-нибудь робота. И вполне в духе этой логики отношение Базарова к любви. У лягушек разве есть любовь? А мы с тобой те же лягушки. Значит, нет таинственных отношений между мужчиной и женщиной. Свобода мысли тоже ни к чему. Свободно не мыслят уже ни женщины, ни мужчины. Впрочем, для себя Базаров оставляет некоторую недосягаемую для других высоту. Известно его высказывание: “Когда я встречу человека, который не спасовал бы передо мной, тогда я изменю свое мнение о самом себе”. Значит, “мы с тобой те же лягушки”, “твари дрожащие”, а Базаров-то, оказывается, “право имеет”, говоря словами другого “сверхчеловека”, который уже не лягушек “распластывал”, а человека убил. И для Раскольникова человек тоже был лягушкой, “вошью”. Впрочем, некоторые интересные в анатомическом отношении экземпляры подобным сверхчеловекам даже очень нравятся.
    “Этакое богатое тело! Хоть сейчас в анатомический театр” — так оценивает Базаров прекрасный экземпляр “той же лягушки” — Одинцову. Когда-то мы писали сочинение на тему: “Почему Одинцова не ответила на любовь Базарова?” А вы бы ответили на “любовь” индивидуума, сладострастно прикидывающего, как лучше пустить вас под скальпель? Как и следовало ожидать, природа сумела отомстить за себя, “лягушка” оказалась не “тва рью дрожащей”, а “царевной-лягушкой”, тайну которой Базаров не постиг, “спасовав” перед природой и величием Вселенной. Сообразил герой Тургенева довольно-таки поздно, что он “атом”, “математическая точка”. Раньше он готов был отказаться даже от неба (“Я гляжу в небо только тогда, когда хочу чихнуть”), а теперь увидел, что “может быть, точно, всякий человек — загадка”. Последний афоризм в жизни Базарова — его слова, обращенные к Одинцовой: “Дуньте на умирающую лампаду, и пусть она погаснет”. Поэтично. И слова эти сказал уже не тот Базаров, который гордо провозглашал: “Рафаэль гроша медного не стоит”. И не тот Базаров, который рекомендовал “не говорить красиво”. Страшное, гибельное ослепление, за которое герой поплатился жизнью, — удел тех, кто посягает на загадку жизни, удел, предсказанный автором великого романа.
    Но у меня есть любимый герой в этом произведении и любимый афоризм. Это ключевые слова романа, произнесенные ключевым героем, Павлом Петровичем: “Материализм, который вы проповедуете, был уже не раз в ходу и всегда оказывался несостоятельным”. Об этом и написан роман Тургенева. В романе показано, как потерпела крах передовая теория, выраженная в афоризмах, потому что никакие умники и сверхчеловеки не смогут понять “живую жизнь”, а тем паче сформулировать ее сущность в двух хлестких словах.
    Как видим, средства выражения авторской позиции в романе многообразны. Это и композиция произведения, и авторские характеристики, и комментарии, и деталь (зачастую символическая), и пейзаж. Мотивы и образы предшествующей литературы создают своеобразный интертекст (литературный и мифологический контекст) романа, помогающий выявить авторскую позицию. По-разному можно интерпретировать такое, казалось бы, точное и ясное название романа (“Ни отцы, ни дети”, — остроумно заметила Тургеневу одна читательница). И все-таки этот роман навсегда останется одним из самых загадочных произведений мировой литературы.

  • Просмотры: 1017