В чём именно РККА была неготова к войне с Вермахтом

Желание написать у меня возникло после одной из публикаций в Телеграмм-канале Евгения Сатановского, где он высказывает своё мнение о неготовности России к войне, как процессе хроническом.

Не удержусь от желания процитировать:

Я бы этому перечню обязательно добавил войну с Финляндией в 1939 году, а также Афганистан и Чечню. Причём первую обязательно, ибо Евгения Яновича исторические экскурсы интересуют лишь для иллюстрации и пояснения событий современных, а тут уж сходство просто невозможно не заметить.

Однако, оставив господина Сатановского безжалостно резать правду-матку (и в целом с ним согласившись), я всё-таки вернусь к событиям прошлого.

Не самого далёкого — Второй Мировой войне, и даже более точно, той её части, которая именуется войной Великой Отечественной.

Давайте попробуем выделить те области, в которых Советский Союз оказался наиболее не готов к грядущей войне. Готовились-готовились, отчёты красивые писали, на парадах грозно шагали, на учениях «ура» аж до такой хрипоты кричали, что враг любой должен был бежать. И снимали замечательное батальное кино, в котором Красная Армия громила целые полчища идиотов, которые, в отличие от советских вооружённых сил, к войне совсем почему-то не готовились.

Ну а когда началась война, оказалось, что (снова процитирую Сатановского):

Начал бы я с людских ресурсов страны. Где важнейшими являются две цифры — количество годных к службе мужчин (по возрасту и здоровью) и количество мужчин (из числа первых), прошедших какую-то военную подготовку.

По поводу первой цифры вроде бы сказать нечего, по численности населения мы своих врагов — Германию с союзниками, превосходили. Хотя тут надо сделать некоторую оговорку, ибо считать потенциальных солдат от всех двухсот миллионов населения не совсем правильно. Так же, как и в Российской империи, в империи советской образца 30-х годов, некоторые народы под всеобщую воинскую повинность не попадали. Может их процент и был не особо велик, но всё-таки сей факт имел место.

А вот что касается подготовленных людских резервов, то тут имело место целых две проблемы.

Проблема первая была в том, что в предвоенный период на срочную воинскую службу призывали лишь треть, а то и менее от всех, к этой службе годных. При том, что и освобождали от срочной службы очень многие категории. Всё это вместе привело к тому, что подавляющее число попавших в строй летом 1941 года людей, о военном деле представление имели разве что по фильмам. В коих, напомню, враги были глупыми и не умелыми, патроны у наших бойцов не заканчивались, и можно было смело бежать на пулемёты с криками «ура!» и штыками наперевес, потому что вражеские пули по доблестным бойцам Красной Армии не попадали никогда.

Кстати, в Третьем Рейхе ситуация была с точность до наоборот. Там через крохотный Рейхсвер умудрились пропустить такое число людей, что в Германии был процент подготовленного резерва, дай бог памяти, чуть ли не более 80% от общего числа годных по возрасту.

Беда вторая — качество подготовки. Тоже беда наша вечная, ещё Суворов об этом говорил. Как-то не получается у военного командования верить, что в их период службы очередная война начнётся. Потому и цели стояли другие на службе. Главное, чтобы солдаты шагали хорошо. Поскольку проверяющему же что можно предъявить? Только бодрое прохождение с песней по плацу. Ну а в боевой подготовке — пробежаться с криками «ура!» по полю. Успехи в стрельбе, штука, конечно, важная, но в 30-е годы, как ни трудно поверить, шло соревнование по экономии патронов. Какая уже тут стрелковая подготовка? Ещё, конечно, важное место занимала политподготовка, без неё никак. Ну и строительство генеральских дачи никто никогда не отменял. Словом, те, кто служил не в элитных частях, а в российской глубинке хорошо себе представляют. Ибо ничего не поменялось, во всяким случае в советское время.

Это мы про солдат, а ведь ещё важен командный состав. Военных училищ, конечно, открыли множество. Но вот то, что в первую очередь туда брали самых что ни на есть ярких представителей рабоче-крестьян (к коим потомственные военные русской армии не относились), явно не улучшало подготовку. Ибо, будущих полководцев элементарно надо было учить читать и писать ещё. Поскольку в училища попадали люди, даже не имевшие 4 классов образования.

При этом, надо помнить, что значительную часть командного состава составлять должны были, и составляли, офицеры запаса. Вот только в отличие от времени, которое застало наше поколения, тогда картина была не такая, как после войны с военными кафедрами в ВУЗах. Конечно, студенты на военных кафедрах редко прилежно старались освоить военную специальность, но всё-таки чему-то учились. Проходя практически полный курс военного училища. Учитывая, что люди, закончившие институте или университет, были достаточно образованными в целом и способны освоить премудрости военного дела не хуже курсантов военных училищ. Да и управлять людьми умели лучше, ибо руководить приходилось персоналом, который по стойке смирно не поставишь и наряд вне очереди не назначишь. Но всего этого до войны не было, а студенты или уже получившее высшее образование, могли пройти трёхмесячные курсы, после чего и становились офицерами запаса (слова «офицер» тогда было скорее ругательным, но мы его используем). Уровень этих курсов был весьма сомнительным, но… и таких не хватало. В войну же и совсем офицерские звания давали просто тем, у кого было высшее образование и которые отслужили срочную до войны.

Так что, даже если отбросить наш традиционный бардак, ситуация с подготовкой кадров оказалась просто катастрофическая.

Могло ли быть иначе? Едва ли. После того, как с 1917 года упорно разрушалось всё до основанья, а потом строился «новый мир», лучшего результата едва ли можно было ожидать. Армия утратила свою историю, свою элиту. Дело даже не в конкретных людях, какое-то количество бывших офицеров русской армии в РККА дожили и до Второй Мировой, но сама система была другая.

То же самое и из-за тех же самых причин мы увидим и по всем прочим направлениям.

Так, несмотря на вроде бы высокий уровень моторизации РККА на бумаге, реальность было суровее. Танков наклепали больше, чем во всём остальном мире, но автомобили требуемому уровню не соответствовали. Заводы с трудом производили по лицензии уже устаревшие образцы грузовиков, главным образом американских. Наладить производство полноприводных и полугусеничных машин не удалось.

Серьёзные проблемы были в авиации. В середине 30-х Советский Союз имел самую передовую и самую массовую авиацию, как истребительную, так и бомбардировочную. Но это преимущество сошло на нет к началу Второй Мировой. Истребителя, способного на равных вести бой с «мессерами» у нас так и не появилось, в области бомбардировочной авиации тоже особо хвастать нечем, а тяжёлых бомбардировщиков практические не было. Хотя несколько лет назад в РККА были целые воздушные армии четырёхмоторных бомбовозов.

Огромные проблемы были в средствах связи и вообще всякой сложной электронике. Слава богу Люфтваффе было невелики совсем по масштабам, потому что защищать сухопутные войска было крайне проблематично — автоматических пушек и крупнокалиберных пулемётов не хватало даже по самым скромным запросам. А если бы у немцев оказалась хоть сколько-нибудь массовая бомбардировочная авиация, то защитить города было бы нечем. Налёты на Москву и Ленинград даже незначительными силами показали, что по ночам противопоставить, по сути, нечего.

Словом, куда не кинь, везде картина неблагостная. И хотя по некоторым вопросам удалось в ходе войны уже выйти на должный уровень — армию насытили и ППШ, и ПТР, большим числом миномётов и реактивной артиллерии, нехватку бомбардировочной авиации как-то компенсировали огромным числом штурмовиков, за счёт Ленд-лиза армию смогли довести до нужного уровня моторизации, нерешённых вопросов тоже осталось немало.

Конечно, не следует думать, что сей симптом является нашим национальным признаком. Далеко ходить не надо, Вермахт ведь тоже вступил в войну с нами, будучи к ней совершенно неготовым. Поскольку готовился к совсем другой войне. Наверное, в истории трудно отыскать примеры, когда страна свою армию к войне готовила, да ещё и угадала, какой будущая война будет. Но, нам от этого не легче, чужие проблемы пусть решают сами те, у кого они есть.

А вот нам бы как-то научиться, наконец, поменьше наступать на старые грабли. Поскольку на войне за всё платят кровью и жизнями. Причём не генералов, которые виновны в неподготовленности к войне, но сидят в штабах, а простых солдат и младших офицеров, коим приходится в окопах генеральские ошибки исправлять.

Учить историю надо. Настоящую, а не причёсанную и обработанную. Особенно такие моменты, которые совсем неприятно вспоминать. Про то, например, сколько людей положили на Карельском перешейке в 1939 году и из-за чего. Очень уж актуально. Да и других примеров хватает.

Верится с трудом, что такое будет, но хочется быть оптимистом.

Вот на оптимистической ноте и закончу.