Е. Мартинкевич 

 
Мы, переводчики, не только переводим книги, но и читаем их. Причем отнюдь не всегда в оригинале: увы, все на свете языки не выучишь… А может, и не нужно. Ведь познакомиться с мировой литературой можно и через переводы – если, конечно, повезет и перевод окажется хорошим. Правда, на одно везение (и на добросовестность издательств) полагаться не стоит. Лучше подойти к выбору переводной книги серьезно, чтобы потом не вздыхать от разочарования и не говорить: «Ах, читал я этого Прэтчетта, не смешно ни капли!» Итак, первое правило, которому я всегда следую, открывая новую книгу: проверить, нет ли в тексте конструкций, нетипичных для русского языка: «Когда его объявили мертвым» или «Он почувствовал, что его силы оставляют его»… У любого, даже самого хорошего переводчика, глаз может «замылиться», и в текст перевода проникнут всякие англицизмы, германизмы и прочие гоблины… К счастью, справиться с ними довольно легко: достаточно перечитать свой перевод, и неуклюжие фразы сами попросят, чтобы их убрали. Это если перечитать. 
 
Правило второе: если жанр позволяет, хорошо бы увидеть в книге «суси», а не «суши», и не наткнуться на монстра вроде Генгис-хана, а то еще привыкнешь… 
 
Правило третье: сноски – это не всегда хорошо. Слишком старательный переводчик готов объяснять читателю, кто такая Мэрилин Монро и что значит «оговорка по Фрейду». Нет, спасибо, как-нибудь без вас догадаюсь… Другое дело – комментарии в конце сложной книги, причем лучше без сносок, просто так. Прочитаешь книгу, подумаешь вдоволь, а переводчик, самый внимательный читатель, тебе еще кое-что подскажет.
 
Правило четвертое: на форзаце должна стоять фамилия переводчика. Как же я иначе узнаю, читать его следующий перевод или ограничиться этим? А еще я не люблю пиратские издания и ворованные переводы, которых, правда, уже не так много, как в начале девяностых. 
 
Правило пятое: говорят, что существует особый переводческий язык (по-английски у него даже есть название: «Translationese», по аналогии с «Chinese» или «Portuguese»). Читаешь книгу, и вроде бы все в порядке, гладко, не придерешься, а чувствуется, что это перевод, а не оригинал. Переводчик привыкает пользоваться ограниченным набором слов, и текст невольно выходит серенький, невыразительный. А ведь у нас какая литературная традиция! Толстой сколько раз «Войну и мир» переписывал? Так вот, переводчик, может, и не писатель, но приятнее читать переводы того, кто умеет из «словесной руды» выбирать слова поярче, поинтереснее. Тогда юмористическая книга и в переводе вызовет смех, а не кривую улыбку. 
 
Правило шестое: честно скажу, что применить его, еще не прочитав книгу, проблематично. Зато помогает не разочароваться в писателе. Если герои идут по лесной тропе и ни с того ни с сего попадают под дождь из… фруктового мороженого, не спешите записывать автора в сюрреалисты. Вполне возможно, что это переводческая отсебятина. Он просто хотел сделать текст еще немножечко смешнее и выразительнее. Конечно, если читать очень-очень внимательно, то сможешь отделить от книги все нелепые выдумки, совсем не характерные для автора. И все-таки хорошо было бы, если бы на обложках таких книг писали: «Авторский пересказ». Почему бы и нет? Я с удовольствием почитаю про Аню и Яшу, но не стану же я думать, что так их назвал сам Кэрролл! 
 
Правило седьмое, не очень серьезное: отдавать предпочтение переводу не с английского. На прилавках процентов девяносто переводных книг – англоязычных авторов, а ведь наверняка есть масса интересных писателей, которые пишут на немецком, португальском, испанском! Как сознательный потребитель, я хочу увеличить спрос на переводы с других языков. Авось издадут новую французскую фантастику, а то я кроме Франсиса Карсака мало кого и знаю… 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *