Около двух лет назад были сформулированы основные принципы метода мнемонических новелл (ММН), и написана первая новелла, за которой последовали еще шесть. Несмотря на то, что круг людей, ознакомившихся с методом за это время, был не очень велик, идея смогла собрать широкий спектр отзывов, от непомерно восторженных до откровенно скептических и даже хуже того. Такой разброс мнений свидетельствует не только о разнообразии взглядов на проблемы изучения языков, но и о том, что идея ММН не всегда воспринимается адекватно, а значит, требует более тщательной проработки. Сегодня такая проработка возможна и необходима, так как за истекшие два года появились новые мысли, позволяющие уточнить концепцию метода и свести неадекватное восприятие к минимуму.

С самого начала было бы наивно полагать, что метод устроит всех. Есть люди со слабой образной памятью (которую, однако, никогда не бывает лишним потренировать; соответствующие методики разработаны). Есть люди, предпочитающие собственные ассоциации. Есть люди, уверенные в своей природной памяти и не желающие подпирать ее никакими мнемоническими подпорками. Очень многие при изучении языка сознательно ставят перед собой более скромные задачи. А некоторым нравится идея, но не нравятся тексты новелл. Все это можно понять.

Но высказываются и более фундаментальные возражения.

О СЕРЬЕЗНОСТИ

Самый радикальный критический довод формулируется одним словом: "Несерьезно". Критерии серьезности при этом обычно не уточняются. Они, собственно, понятны — для очень многих людей слова "серьезный" и "скучный" являются синонимами. Мнемотехнику изобрели люди, которые первыми поняли, что так быть не должно. Откройте любое руководство по мнемотехнике — первой заповедью вам будет совет подбирать наиболее дикие и несуразные ассоциации, так как именно такие ассоциации наиболее эффективно активизируют память. ММН предлагает читателю авторскую мнемонику, которая, будучи предназначена для внешнего пользования, несколько приближена к реальности и облагорожена — с тем, чтобы не оттолкнуть читателя совсем уж шизоидными образами. Но многих отталкивает и такая, облагороженная мнемоника, поскольку и она остается "несерьезной". Большой беды в этом нет, так как всем угодить все равно не удастся. Но хотелось бы, чтобы радетели серьезности поняли главное: легкомысленные с виду тексты новелл — не баловство, а плод кропотливой и по-настоящему серьезной работы. Не менее серьезная работа (в правильном понимании этого слова) ожидается и от тех, кто будет использовать ММН в своих занятиях языком.

СТРАТЕГИЯ ЧТЕНИЯ

Неосторожный пассаж о "царском пути" привел к наивному представлению о том, что одного беглого прочтения новеллы будет достаточно для прочного запоминания всех слов. Когда этого не выходит, возникает разочарование. Но мнемонические новеллы — не беллетристика, и чтение должно быть совершенно другим. Каким именно — вопрос актуальный по сей день. Возможно, здесь потребуются специальные исследования; возможно, разным людям потребуются разные рекомендации, в зависимости от характеристик памяти. Однако, некоторые общие соображения можно сформулировать уже сегодня:

1. Читать нужно вдумчиво, не спеша и не по одному разу, следя не столько за поворотами сюжета (на это хватит первого прочтения), сколько за тем, как закодированы слова и их значения.

2. Словнику следует уделять времени не меньше, чем тексту новеллы. Представляется эффективным следующий прием: после нескольких прочтений пройтись по словнику, мысленно восстанавливая сюжет и обязательно вспоминая слова-связки. При первом знакомстве с новеллой неплохо сперва прочитать словник и самому попробовать увязать слова в сюжетные цепочки, поискать связки, посоревноваться с автором. Тем интереснее и результативнее будет последующее чтение.

3. Мнемотехника не отменяет принципа "повторенье — мать ученья". Она лишь делает повторение осмысленнее и эффективнее. Наиболее мощным средством для повторения усвоенной лексики видится компьютерный дрилл, когда слова (возможно, в натуральном контексте, т.е. в составе английских фраз) в случайном порядке подаются на дисплей.

* Такая программа сегодня создана (см. здесь).

ПРИПОМИНАНИЕ

Когда мы видим английское слово, мы либо понимаем его "сходу", либо признаем незнакомым, либо пытаемся вспомнить. Последний случай наиболее интересен. Алгоритмы, которым мы следуем при попытках вспомнить слово, как правило, скрыты от нашего сознания, ибо находятся глубже. Не в этом ли причина их частых осечек? ММН предлагает альтернативу, осознанное припоминание по четкой схеме: выделить "хвост", вспомнить в общих чертах фабулу новеллы и через слово-связку выйти на значение. Конечно, это не полностью детерминированный алгоритм, но о таком алгоритме речь и не идет, поскольку человек не компьютер. Речь идет лишь о задании нужного направления процессу припоминания, сужении поля поиска.

Для того, чтобы схема работала, должны быть прочными все ее сочленения. Надо не только хорошо помнить тот или иной сюжет и слова-связки. Не менее важно соответствие "хвост — новелла". Когда новелл три-четыре сотни, это становится весьма актуальным. Отсюда требование к фабуле каждой новеллы быть оригинальной и неповторимой.

Новую технику припоминания следует целенаправленно в себе культивировать. Это не так просто, потому что всегда есть надежда, что слово вспомнится "само", которая часто оправдывается. Но лучше поставить себе правилом: если слово не распознано с первого взгляда, выделять в нем хвост и вспоминать значение через новеллу (если новелла для этого хвоста уже есть и прочитана). А в общетренировочных целях это будет полезно и для узнанных слов.

Не следует, однако, понимать вышесказанное в том смысле, что такой подход должен стать основным методом чтения английских текстов. Напротив, цель состоит именно в том, чтобы как можно скорее перевести как можно большее количество английских слов в разряд узнаваемых сходу. Какие-то слова могут запомниться при первом же знакомстве с ними, сразу и "вмертвую". Какие-то требуют, чтобы их несколько раз (часто 1-2, иногда больше) встретили в натуральном контексте и распознали, после чего они узнаются легко. Вот эти-то промежуточные распознавания и требуют мысленного обращения к новелле. Поскольку слов очень много, а значений еще больше, такие обращения должны стать освоенным и привычным методом.

СЛОВА-СВЯЗКИ

Сочинение новеллы начинается с подбора связок, кодирующих "головы" слов. Простейший случай связки — это русское слово, первые буквы которого соответствуют "голове" английского. Чтобы выделить связку в тексте, эти буквы пишутся жирной латиницей (за исключением тех случаев, когда написанное таким способом слово становится трудноузнаваемым — тогда жирным шрифтом выделяются русские буквы).

Буквенные сочетания, часто встречающиеся в английском, могут быть редкими в русском, что неизбежно ведет к многократному использованию одних и тех же связок. Например, слова shrub и shred оба кодируются связкой "шрапнель". Но это не следует считать дурной тавтологией. Тавтология плоха в рамках одного конкретного произведения. Если же связка повторяется в разных новеллах, то это может даже повышать эффективность запоминания, поскольку повторение укрепляет ассоциацию между связкой и "головой". Кроме того, возникают своеобразные линки между новеллами — не сюжетные, а чисто ассоциативные, что тоже полезно.

Бывает и так, что в русском вовсе отсутствует то или иное буквенное сочетание или звук, и тогда приходится изобретать специальные приемы. Самый яркий пример — глухой th (слов, начинающихся со звонкого th, очень мало, и они известны всякому, поэтому здесь нет проблемы). Для кодирования этого звука выделена буква "Щ", аналога которой нет в английском. Примеры: thumb — щупать; throb — щуренок; thread — щуриться. Этот принцип постоянен, поэтому достаточно уяснить его один раз.

Произношение английских слов, как известно, часто имеет мало общего с их написанием — и то, и другое приходится запоминать как бы отдельно. Поэтому возможно использование двух разных связок. Например, к слову succumb приставлено две связки: "СЕКАМ" кодирует произношение, а "suc-ca" написание. Однако две связки часто перегружают текст, и тогда дается только одна. 

Связка может быть составной, то есть состоящей из двух и более слов. Составными связками закодированы такие слова, как flubdub, aoudad, ironclad. Совершенно очевидно, что ни для одного из этих слов в русском языке нельзя найти связки из одного слова. Иногда встречаются и такие слова, которые в принципе невозможно закодировать строго и полностью. Тогда дело ограничивается частичным кодированием. Например, слово tightwad закодировано словосочетанием "тайно ворует". Здесь отражено произношение, но из середины слова выпал звук "т". Остается принять это как минимальное зло, тем более что отразить средствами русского языка написание этого слова и вовсе не представляется возможным. 

Мощным средством кодирования являются английские слова-связки. Основное требование к ним то, что они должны быть заведомо известны читателю, то есть принадлежать к слою наиболее употребимой лексики. Немыслимо давать эти слова в английском написании посреди русского текста. Поэтому читатель должен быть в состоянии понять, о каком слове идет речь, увидев в тексте его русский перевод (либо русскую транскрипцию), напечатанный курсивом. Примеры: inroad — "дороги"; heed — "пятки"; shad — "в тенечке"; nabob — "нэйба" (подразумеваются слова road, heel, shadow и neighbour соответственно). В некоторых случаях бывает оправдано и оригинальное, английское написание такой связки (пример: womb — woman).

Возможны также различные комбинированные варианты связок (см. behead, kindred, biped и т.п.), связки в виде имен собственных (Биельзибабский, Скраб, Бубликов), намек на непечатную связку, тоже выделяющийся курсивом (к таким словам, как ebb или yob), и, как редкий случай, отсутствие всяких связок. Последнее означает, что автор либо не считает связку необходимой, либо предлагает студенту найти ее самому, либо признается в своем бессилии построить связку для данного слова.

ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЙ СЛОВНИК

Что делать с длинными словами? Вопрос уже ставился, и была обещана некая "более сложная мнемотехника". На самом деле, она не сложнее той, что применена в новеллах, за вычетом одного — ее должен применять сам студент.

Как уже отмечалось, длинные слова чаще всего образованы аффиксацией коротких слов либо словосложением. Для каждой группы, например для "…AD1", можно составить список таких слов:

gadfly овод, слепень
gadder, gadabout праздношатающийся; бродяга
badman амер. ист. бандит, грабитель, головорез
baddie сл. часто ирон. злодей, плохой дядя, бяка
badmouth амер. сл. чернить, порочить, обливать грязью
badlands неплодородная почва; сильно пересеченная местность
faddish, faddy чудаковатый
faddist человек с пунктиком, чудак
daddy разг. папа, папочка
granddad разг. дедушка
wadding набивка, подбивка; подбивочный материал, ватин
squadron эскадра; эскадрилья; эскадрон 
caddie (caddy) подносчик клюшек для гольфа
caddish грубый, вульгарный, хамский
balladeer певец, исполнитель баллад
laddie мальчуган, парнишка
tadpole головастик
unclad неодетый, раздетый
underclad слишком легко одетый
madding безумный, сумасшедший; сводящий с ума
madden доводить до бешенства; приходить в бешенство
madman сумасшедший, безумец, псих
horn-mad в бешенстве от ревности (о муже)
madhouse разг. сумасшедший дом (тж. перен.)
madcap сумасшедший (об идее, плане и т.п.)
nomadism кочевой образ жизни
nomadic кочевой
seminomad полукочевой
kneepad наколенник
notepad блокнот
scratchpad блокнот для черновых записей
keypad кнопочная панель (в калькуляторе и т.п.), клавиатура
launchpad косм. пусковой стол, стартовая площадка
paddock огороженный пастбищный участок, выгул
padlock висячий замок
padding набивка; набивочный материал; многословие, "вода"
padded подбитый, обитый; пухлый; раздутый
gladsome поэт. радостный, довольный, веселый
gladstone кожаный саквояж
gladhand радушно приветствовать (особ. преследуя корыстные цели)
gladden радовать, веселить
sadden опечаливать; печалиться

Среди этих слов есть как требующие перевода, так и те, значения которых можно легко и правильно вывести из их элементов. Первых в этом списке примерно треть: gadfly, gadabout, baddie, badman, badmouth, squadron, caddie, tadpole, underclad, horn-mad, madcap, paddock, padlock, gladstone, gladhand. Эти слова с их переводами должны помещаться после новеллы. Здесь студенту предоставляется возможность проявить собственный мнемонический талант и придумать для каждого слова ассоциативную связку. Она может быть как связанной с сюжетом новеллы, так и совершенно самостоятельной. Пример первого варианта: padlock — скачущий мадьяр пристегнул себя висячим замком к стременам, чтобы не упасть. Пример второго: gadfly — "гадкая муха" (предполагается, что слова lock замок и fly муха студенту уже знакомы). Некоторые слова, такие как squadron, могут и не нуждаться в связке благодаря своей схожести с русским переводом (эскадрон). Их следует просто "принять к сведению".

Оставшиеся слова также помещаются после новеллы, но уже без перевода, через запятую. Это дает студенту возможность, во-первых, узнать о самом существовании этих слов, и, во-вторых, потренировать свою способность распознавать новые слова. В случае затруднения всегда можно воспользоваться словарем.

Таким образом, дополнительный словник убивает двух зайцев. Во-первых, решается проблема длинных слов — не всех, но очень многих (может также оказаться полезным включать в дополнительный словник фразеологические обороты). Во-вторых, студент получает возможность задействовать собственный творческий потенциал и тем самым сделать процесс обучения активным. Важно также, что самостоятельная работа над дополнительными словами может и должна обеспечить лучшее усвоение основного словника. Это и есть тот самый промежуточный вариант, оптимальное сочетание потребления готовой продукции с собственным творчеством. 

УПОРЯДОЧЕННОСТЬ ПРОТИВ БЕССИСТЕМНОСТИ

Даже тем, кто имеет блестящую природную память или научился использовать синестезии, нет никакого резона отворачиваться от ММН по одной простой причине. Ни один учебник и никакое, сколь угодно интенсивное чтение или общение с носителями языка не обеспечит такого глубокого и полного знакомства с лексикой, какое обеспечат мнемонические новеллы. Сказанное не относится лишь к тем феноменам, которые способны выучить иностранный язык, один раз прочитав словарь. Такие есть, но их единицы. Остальные же обрекают себя на случайные, бессистемные встречи с новыми словами, что каждый раз будет означать потерю времени на узнавание их значений. Пусть запоминание само по себе будет быстрым и прочным — слов слишком много для того, чтобы этот процесс не растянулся на долгие годы. Оттого-то даже среди людей, обладающих незаурядной памятью, так мало тех, чье владение иностранным языком можно безо всяких скидок назвать свободным.

ММН упорядочивает лексику языка, структурируя ее по четкой схеме. Словарное богатство перестает выглядеть аморфной массой, джунглями без дорог и коммуникаций. Более уместным становится сравнение с марафонской дистанцией, имеющей старт и финиш, которую всякий, имеющий на то достаточно желания и воли, может преодолеть.

На этой дистанции преимущество будут иметь как раз те, кто лучше владеет памятью. Поэтому ни врожденный талант к запоминанию, ни владение техникой синестезий никоим образом не вступают в противоречие с ММН, а напротив получают широкое поле для своего применения. Здесь, кстати, открывается простор для эксперимента. В частности, любопытно было бы опробовать использование мнемонических новелл в качестве медитативных текстов. Эта интереснейшая тема еще ждет своих исследователей. 

О ЗАПОМИНАНИИ ЧЕРЕЗ ПЕРЕВОД

Среди значительного числа методистов популярна идея об изучении иностранных языков без помощи родного языка. В ряде случаев такой подход бывает плодотворным. Но не стоит его абсолютизировать — в частности, он едва ли подойдет для массированного освоения лексики. С этим согласны не все, и можно услышать призывы отказаться от использования двуязычных словарей, применяя вместо них английские толковые словари, где значение слова объясняется на том же языке. Сей взгляд базируется на представлении о том, что перевод неизбежно вносит искажения в правильное понимание слова. Так ли это на самом деле?

Дa, во многих случаях именно так. Возьмите такие слова, как available или provide. Крайне трудно предложить перевод, достаточно полно отражающий семантику этих слов, поскольку конструкции, в которых они употребляются (например "The doctor is not available now") часто не могут быть дословно переведены на русский. В таких случаях действительно стоит предпочесть английский толковый словарь двуязычному. Либо же двуязычный словарь должен быть подробным и содержать достаточное количество примеров употребления.

Но есть и другие ситуации. Вот словарная статья для слова sparrow из Collins Cobuild English Dictionary:

sparrow /spaerou/ sparrows. A sparrow is a small brown bird that is very common in Britain.

А вот словарная статья для этого же слова из англо-русского словаря Романова:

sparrow [‘spaerou] воробей.

Не правда ли, первая статья напоминает загадку, а вторая — отгадку? И в этом случае наши предпочтения относительно выбора словаря поменяются диаметрально. Действительно, было бы неразумно, уже владея русским языком в совершенстве и прекрасно зная, кто такой "воробей", беспомощно теряться в догадках относительно того, какие именно маленькие коричневые птицы часто встречаются в Британии. Таким образом, вопрос сводится к следующему: слов какого типа больше? А в применении к ММН следует добавить: среди "коротких" слов, составляющих материал для новелл.

Достаточно просмотреть словники первых семи новелл, чтобы убедиться: слов первого типа крайне мало, если они там есть вообще. Подавляющее большинство слов имеет конкретные, ясные значения, которые достаточно полно отражаются переводом. Что верно и для слов с очень высокой степенью многозначности, таких как bob, dub или pad. "Размытость" их семантики компенсируется скрупулезным перечислением значений и тщательным кодированием каждого значения в тексте. 

Подробный разговор о многозначности впереди. 

УПОТРЕБИМОСТЬ СЛОВ

Многие из числа тех, кто в целом принимает идею метода, высказывают пожелание ограничить массив изучаемой лексики действительно употребимыми словами, исключив оттуда слова малоупотребительные. Мысль здравая, и заслуживающая внимания. Действительно, при знакомстве с уже написанными новеллами можно отметить слова, актуальность знания которых довольно-таки сомнительна, таких как aoudad гривистый баран. Зачем они включены в словник? 

Во-первых, слово может быть малоупотребительным само по себе (например, sib родной брат /сестра/, родня), но в то же время выступать как словообразовательный элемент другого слова, гораздо более употребительного (sibling родной брат /сестра/), которое будет помещено в дополнительный словник.

Во-вторых, "ненужные" слова часто несут важную сюжетную нагрузку. Так, например, в новелле "Илиада" пресловутый гривистый баран является смысловым и ассоциативным центром эпизода, объединяющего еще пять слов: squad, dyad, cad, doodad и ballad. Без него и кодирование, и запоминание стали бы труднее, так как исчез бы яркий образ: грозный баран в проломе троянской стены, бодающий греков. 

В третьих, вопрос об употребительности очень тонок. Даже для самого экзотического слова можно представить ситуацию, когда именно его вдруг окажется необходимым узнать или употребить. А многие из английских слов, кажущихся экзотическими, на самом деле таковыми не являются (один из парадоксов здесь заключается в том, что сегодня словарный запас среднего англичанина или американца, увы, не может служить критерием нужности или ненужности слова). Поэтому, если и стоит снизить планку, выше которой слово признается неупотребительным и не включается в словник, то лишь незначительно. В противном случае пострадают те, на кого в первую голову и рассчитан метод и чьими интересами так не хотелось бы жертвовать. 

В первые семь новелл попало несколько малоупотребительных слов, не имеющих уважительных причин для своего включения в словник (например, shad алоза), которые при более строгом отборе были бы отсеяны и помещены только в дополнительный словник. В дальнейшем требования к употребимости слов будут ужесточены, но не кардинально. 

* Позднее эта проблема нашла разрешение в концепции "мнемонического конспекта" (см. здесь).

УПОТРЕБИМОСТЬ ЗНАЧЕНИЙ

Отдельные значения полисемантичных слов также могут быть малоупотребительными и оставаться за бортом словника. Естественно стремиться к некоему минимальному набору "базовых" значений во имя стройности новеллы и удобства изучающего язык. К сожалению, эта задача не так проста. Казалось бы, решение очевидно: выбрать словарь с оптимальным уровнем подробности в раскрытии многозначных слов и им ограничиться. Но возникают нюансы, которые можно проиллюстрировать на примере слова bob. Матрица его значений в словнике OB содержит 14 пунктов. Что будет, если оставить лишь те из них, которые стабильно упоминаются в менее подробных словарях?

Было исследовано 15 толковых и двуязычных словарей разной мощности. Всего лишь два значения слова bob встречаются во всех этих словарях: двигать[ся] вверх-вниз и короткая женская стрижка. Еще два значения упоминаются чуть реже: шиллинг и книксен. Очень часто отдельной словарной статьей приводится идиома bob’s your uncle! — все в порядке. Остальные значения, такие как коротко подрезанный хвост или кататься с гор и другие, можно встретить только в более подробных словарях. Руководствуясь намеченной стратегией, их следует признать неупотребимыми и не включать в словник. Но это не будет оптимальным вариантом. 

Одним из побочных эффектов станет исчезновение семантической связи слова bob с некоторыми словами дополнительного словника, такими, как bobsled бобслей или bobcat рысь — "кошка с куцым хвостом". (Небольшая ремарка: в дополнительный словник могут входить и слова, этимологически не связанные с основным словником, такие, как bobbin бобина, произошедшее не от bob, а от французского bobine. Такие слова при любом раскладе остаются семантически изолированными. Но лучше, чтобы таких слов было меньше.) 

Кроме того, получающийся набор значений сам по себе дает повод усомниться в том, что именно эти значения наиболее употребительны и достойны запоминания. К примеру, такой денежной единицы, как шиллинг, с 1971 года не существует, и, следовательно, разговорное слово bob шиллинг сегодня никак не может считаться очень употребительным (хотя выучить его и стоит, хотя бы для чтения литературы, написанной, когда шиллинги еще были в ходу). С другой стороны, значение поплавок останется невыученным, а оно-то как раз очень и очень употребимо. 

Таким образом, состояние современной английской лексикографии, по-видимому, не даст возможности четко и надежно определять степень употребимости того или иного значения многозначного слова. В такой ситуации остается лишь примириться с включением в новеллы несколько большего числа значений, чем это реально может быть необходимо — с тем, чтобы гарантировать знакомство со всеми действительно употребительными значениями. Заведомо же неупотребительные (например гамма колокольного перезвона) должны отсеиваться, возможно, более строго, чем это делалось до сих пор. 

* С проблемой значений теперь справляются "мнемонические конспекты" (см. здесь). 

О ХУДОЖЕСТВЕННОМ СТИЛЕ

Несколько раз приходилось слышать нарекания по поводу фривольности текстов новелл и использования в них "ненормативной лексики". Вопрос сей имеет принципиальный характер. "Элемент запретного плода" рекомендуется к использованию буквально всеми мнемонистами как мощный усилитель памяти, природа которого коренится в самых основах человеческой психики. Игнорировать это было бы по меньшей мере нерационально. Но здесь, как нигде, важно чувство меры. С одной стороны, нет ничего хуже, если новелла будет пресной и занудной. С другой стороны, как от чумы нужно бежать от пошлости, которая не в меньшей степени способна оттолкнуть читателя. Но: от пошлости в набоковском понимании этого слова, которая не измеряется количеством ненормативной лексики на страницу текста. 

Строго говоря, такая лексика задействована лишь в словах-связках, то есть, когда она действительно оказывается необходимой. Jab, ebb, drib, succumb, herb — для всех этих слов "фривольные" связки выглядят естественно и, надо надеяться, хорошо работают на запоминание. А для такого слова, как yob, любые ассоциации кроме той, что напрашивается сама, будут выглядеть ханжеством. Но и здесь важно знать мнение читателя. Мнемонические новеллы — искусство прикладное, преследующее практические цели, и поэтому самовыражение автора должно знать свои границы. Нужно нащупать стиль, отвечающий вкусам если и не всех изучающих язык, то как можно большего их числа. 

МНЕМОНИЧЕСКИЕ НОВЕЛЛЫ НА ИНТЕРНЕТЕ 

До окончательного воплощения проекта в жизнь еще очень далеко. Написана лишь малая толика, семь новелл, призванных дать представление о методе, получить хоть какую-то обратную связь и внести коррекции в метод, если таковые понадобятся. Выход на Интернет знаменует начало нового этапа — он дает возможность установить широкие контакты с теми, кого заинтересует ММН, и судить о перспективах метода по более представительной выборке. 

Все изложенные здесь соображения по поводу применения ММН базируются в основном на авторском опыте в изучении японского языка, уже позволяющем делать определенные оптимистические выводы. Приложение метода к японскому (в этом случае он именуется "методом иероглифических цепочек") имеет некоторые отличия, вызванные спецификой языка. В частности, количество информации, которую нужно закодировать (написание иероглифа, его чтения, значения и т.п.) бывает настолько велико и разнообразно, что чаще всего невозможно написать новеллу, которой мог бы пользоваться кто-то еще, кроме автора. Поэтому и реализация идеи совсем иная: разрабатывается компьютерная программа, призванная помочь студенту самому оперативно находить ассоциации и формировать цепочки. Новеллы для изучающих английский лежат в русле противоположного подхода, когда студенту в основном предлагаются чужие ассоциации. Возможно, что именно здесь кроется немало подводных камней, выявить которые можно только совместными усилиями с теми, кто испробует метод на себе. Возможности WWW позволяют надеяться на появление достаточного количества волонтеров и формирование полноценной обратной связи, которая так необходима для того, чтобы наилучшим образом воплотить идею ММН в жизнь.

В.Смоленский
июнь 1996 г.
Айдзу-Вакамацу

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *