«Монд», 3 августа 2001 г. 

   В 1539 году французский король Франциск I подписал в Виллер-Котре ордонанс, обязывающий использовать французский язык вместо латинского при составлении административных документов. Сегодня, пять столетий спустя, административные тексты, конечно, составляются не на латыни, но все равно они нередко «темны» для неискушенного человека. Решив, что отныне пользователь будет«в центре внимания» общественных служб, министр Мишель Сапен внес свой вклад в решение этой проблемы. 3 июля вместе с министром культуры Катрин Таска он объявил о создании «Ориентационного комитета по упрощению административного языка». Задача комитета состоит в том, чтобы сделать как можно более понятными для пользователей некоторые бланки, анкеты и деловые письма администрации.

   Кому из нас не приходилось рвать на себе волосы, заполняя административную бумагу? «Любой бланк еще до его прочтения воспринимается как нечто нежелательное, — уверяет Анн-Элен Манжен из Sofres, которой было поручено изучить общественное мнение. – Бланк – это противоположность формальности в обычном смысле слова, т.е. простого демарша, который не должен вызывать никаких проблем». Уже одним своим видом бланк настораживает и порождает негативные эмоции. А когда вчитываешься в него, то одни слова кажутся загадочнее других. Скажем, словосочетание «nompatronymique» вызывает самый невероятные интерпретации, хотя на деле он означает всего лишь фамилию, данную при рождении, а выражение «Franзaisparfiliation» невразумительно и сбивает людейлку. Чем меньше опыта у публики, тем яснее должен быть язык административной бумаги. Специалисты, собравшиеся в парижском Доме химии 10 апреля этого года, отмечали в один голос, что  «государственные институты издеваются» над малообразованными и неимущими слоями населения. «Административный язык развивает у человека комплекс неполноценности: он еще острее чувствует, что ему не хватает знаний и вообще не везет в жизни», — объясняет г-жа Манжен.

   Администрация не просто изъясняется темно и неясно, но нередко проявляет бестактность. Например, в бланке, заполняемом для получения RMI (пособия для восстановления социальной активности), использовано выражение «residence stable», что, по мнению пользователей, является оскорбительным намеком на их социальную малопригодность. «Бланки должны быть носителями объективной информации, необходимой для государственных служб, а не коммуникационным вектором», — считает Мишель Ягиэль, главный докладчик Комиссии по вопросам упрощения административных процедур, который ведет постоянную борьбу с административными службами за унификацию деловых бумаг.

   Неудобочитаемыми остаются и административные письма, насыщенные ссылками на тексты законов («третий параграф первой статьи…»), не говоря уже о разных клише («обращаю ваше внимание на то, что…», «имею честь довести до вашего сведения…»), которые еще более утяжеляют длинные фразы.

   «Более того, администрация часто использует в текстах политические эвфемизмы, бесконечно усложняющие чтение. Ну зачем писать «конец французского присутствия в Марокко», если можно сказать просто «независимость Марокко»? – иронизирует Жозетта Рэй-Дебов, руководитель лингвистического отдела издательства «Робер». Особенно возмущает ее «использование устаревших, давно изживших себя юридических терминов», которыми переполнен административный язык: «Сплошь и рядом администрация использует застывшие обороты речи. А ведь французский – не мертвый язык, он постоянно развивается!»  И действительно, часто наталкиваешься на выражения типа «nonobstant» или «avotreencontre»… Образованные и начитанные люди понимают и используют от 10 до 20 тысяч слов, но обычно словарный запас человека включает от 2 до 3 тысяч слов.

   «Понимают ли сами административные работники то, что они пишут? – спрашивает г-жа Рэй-Дебов. – Я в этом не уверена. Такая форма письма – это символ власти и пример злоупотребления властью. Если вы не понимаете текст бланка или административного письма, то это – ваша вина. Санкции всегда применяются к тому, кому был направлен текст. Такое положение вещей несправедливо и ведет к злоупотреблениям. Не граждане должны плутать в лабиринте административного языка, а администрация должна учитывать нужды граждан. Выражаясь всем понятным языком, она добьется большей эффективности».

   Осенью этого года будут утверждены в новой редакции шесть самых распространенных бланков и анкет (медицинская страховка, налоговая декларация, ходатайства о выдаче удостоверения личности, о предоставлении социальной помощи семье, о медицинских пособиях для малоимущих, об оформлении пенсии, о пособии для возобновления трудовой деятельности, декларация о наследстве).   Кроме того, будет издан терминологический словарь административной переписки и программное обеспечение для редактирования текстов. «Упростить административный язык – значит не просто переписать его, но устранить причину многих недоразумений», — считает г-жа Рэй-Дебов. Задача эта – сложная, но вполне выполнимая. Французский язык достаточно богат для того, чтобы стать более ясным, не утратив и не исказив смысла административных текстов. «Главное назначение цель языка состоит в том, чтобы понятно выразить какую-то некую мысль или сообщение», — считает г-жа Рэй-Дебов. Пришла пора напомнить кое-кому эту очевидную истину. 

Перевел с французского Борис Карпов

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *